Рост эсхатологических настроений на Руси в XV столетии обычно связывают с тем, что, согласно традиционному летоисчислению, в 1492 году должна была закончиться седьмая тысяча лет от сотворения мира. Приближавшаяся восьмая тысяча в эту эпоху воспринималась как грядущий «день восьмой», выходивший за границы исторического времени и прямо ассоциировавшийся с тысячелетним Царством Божьим, упомянутым в Откровении Иоанна Богослова.

Русская эсхатология XV века носила особенный «просветленный» характер и не сводилась к описаниям грядущей вселенской катастрофы, разрушений и бедствий, а выражала прежде всего надежду на спасение, обещанное человеческому роду. Важнейшими духовными предпосылками, определившими ее своеобразие, стали учение святителя Григория Паламы о сущности и энергиях Божества и связанная с ним аскетическая практика непрерывной безмолвной молитвы, последователем которой являлся преподобный Сергий Радонежский и другие русские подвижники. Возможность личного Богообщения (реального обожения) служила залогом грядущего единства праведных с Богом в Царствии Небесном и делала особенно отчетливым образ ожидающего их небесного блаженства. Такие же предпосылки лежали в основе сформировавшейся на рубеже XV–XVI столетий концепции «священного царства», в котором современники видели прообраз и преддверие грядущего Царствия Небесного.

Все эти культурные и духовные процессы не могли не найти своего отражения в иконописи и монументальной живописи, что выражалось как в трансформации традиционных мотивов, так и в появлении целого ряда новых сюжетов и тем, и, в конечном счете, оказали безусловное влияние на формирование нового художественного языка, определившего своеобразие «золотого века» русского средневекового искусства.

Левон Нерсесян – специалист по древнерусскому искусству, старший научный сотрудник Третьяковской галереи, преподаватель Московского государственного университета.

Лекция будет прочитана на русском языке с последовательным переводом на итальянский.

Вход бесплатный, по регистрации.